I
От восьми жизней уставшая, слева заснула под мышкой. Общее дело, два пульса и один сабвуфер, шестьдесят колебаний в минуту, призраки жизни, не минимум, но не разбудишь.


II
Равновесия нет, а точнее, оно седловидно, потерто, скрипит. Раундтрип, как обычно, билетов обратных пачка. У меня — в одну сторону. Гриб надкусил как будто, весь мир увеличился, значит — остыл, разрядился, как вакуум. Сдвинул на бесконечность смыслы, бросил технично, как бармен, по стойке метнул дозу настойки истин.


III
Окна уже возвращают, как долг, неохотно, сбежавшие ночью фотоны. Над айсбергом одеяла холод, бесцветное утро, оно ледовито. Я соло исполню, как подвиг, в своем алюминии мрачный кофе.


IV
В кровати бесчеловечно и душно от запаха прачечной... Милая одиночка сделает из меня на минутку мачо, я расплачусь с ней лирикой и многозначительной литерой «М» оставлю ее в эпиграфе. Она свяжет мне свитер, много позднее, но уже, вероятно, посмертно.
Это — модель отношений, которые конструктивны.


V
Если тебя разрушает мой мир, следует его уничтожить, видимо. Я выстраивал храмы, на землях, как оказалось, варваров, но я не устал, ни капли. Кромсать мемуары на главы салютами и о'ревуарами, смешить энтропию планами (почему бы и нет, я забавный).

VI
Вы встречаетесь и расстаетесь, люди. Целуетесь, ходите парами, за руки, люди, держитесь, у меня к вам нет никакой зависти. Есть свобода писать без читателя и ужас вселенной без внутреннего наблюдателя.


еще