У реальности прямые границы.
В вене — святая глюкоза
из капельницы.
У меня сферические глазницы.
У тебя красивое очень лицо,

точнее, его пиксели
в супрематической раме,
в каждом кармане — картина
Малевича Каземира,
между тобой и органом зрения,
в каждом вакууме —
эффект Казимира.

В каждом сознании — древесина,
на которой
сквозь линзу глаза
свет от экрана выжигает следы
твоего пребывания на линии
и тараканов тени, как тени
людей на стенах
Хиросимы.
еще